Вспомним: одесский кинофестиваль возник не из пены Черного моря, а из стремления поднять престиж популярных жанров, повернуть кинематограф лицом к зрителю. В этих целях был выработан регламент фестиваля и назначено время проведения «Золотого Дюка-90». В 3 часа дня 9 сентября состоялась первая пресс-конференция с оргкомитетом. Тут журналисты и узнали, что спасать популярные жанры больше не нужно, с ними все в порядке. Теперь надо спасать искусство.
Кто бы спорил, но ведь звучало! Сперва задиристо — «Альтернатива», потом горделиво — «Золотой Дюк», единственный в своем роде фестиваль популярных жанров. Но и то хорошо, что задачу удалось так быстро решить. За три года управились. Широко жил кинофорум, дитя любви Одессы, многоязычного населения страны и Станислава Сергеевича Говорухина. Праздник-88 остался в памяти всех участников событием высшей категории радости. Перед новой встречей с массовым искусством город, говорят, задумался. Действительно, обстоятельства переменились: Говорухин уехал, спонсорам, видимо, не до кино. Стоит ли трубить большой сбор? На что и во что играть?
Придумали. И большую игру, и сопутствующие.
Большая — это спасение фестиваля. Во-первых, самого «Золотого Дюка». Во-вторых, идеи общесоюзного фестиваля. Кроме «Дюка», больше некому. В-третьих, Моссовет соглашается принимать МКФ только за валюту. Значит, и международный того и гляди ляжет на бронзовые плечи. Так говорил генеральный директор Юрий Васильевич Коваленко. Никаких вопросов, претензий и просьб он не хотел слушать, предчувствуя грядущую грандиозную ответственность. В какое сравнение с ней могут идти столь мелкие трудности, как невозможность посмотреть, не рыская по всей Одессе, конкурсную программу? Или еще менее существенная неприятность: договорившись на студии о просмотре «Каталажки», члены жюри критиков и целая группа аккредитованных журналистов могли при желании увидеть не эту, а другую картину (не конкурсную и не входящую в программу «Особый взгляд»), которую показывали кому-то по личному распоряжению Юрия Васильевича. Напрасно мы роптали. Может, если стерпели бы, то не выслушали на заключительной пресс-конференции дополнительных оскорблений.
Такая атмосфера образовалась на «Золотом Дюке-90», что раздражение многих многими, наверное, повысило уровень моря и в конце концов выплеснулось на сцену театра в вечер торжественного закрытия, на которое пригласили почему-то не всех режиссеров конкурсных фильмов. Забыли, видимо, что по регламенту (статья VIII) каждый из них должен был получить диплом участия. Впрочем, и самих дипломов не было: не успели приготовить. Не счел достойным, забыл, не успел, отказался, не был поставлен в известность (подчеркнуть можно что угодно по неосведомленности о настоящей причине), не смог по занятости поздравить победителей и участников, почтить присутствием торжественное закрытие мэр гостеприимной Одессы.
Геннадий Иванович Полока оказался в незавидном положении. Он возглавлял жюри, на которое, с одной стороны, никак нельзя было повлиять, преступно склонить к лицеприятному решению, но, с другой, не мог он и посоветоваться, обменяться первыми впечатлениями: скрыты были лица самого жюри. Эта «игрушка» (о ней сообщила заранее «Советская культура») была как изюминка подложена в тесто, замешенное устроителями фестиваля. За путевку в Париж предлагалось угадать состав жюри. Никто не победил, даже Полока, до последней ночи пребывавший в неведении. Вероятно, вынужденной стремительностью обсуждений объясняется количество призов — восемь вместо одного. На «развлечениях с жюри» опасно задерживаться: места не хватит. Еще только один странный факт, освещавшая форум городская газета публиковала рецензии Бориса Владимирского — остается предположить, что никто, включая автора, не знал, что он член жюри.
Особого разговора заслуживает работа отборочной комиссии по формированию обеих программ. Комиссия действовала в жестких условиях: поджимало время, сильно сокращенное ввиду позднего принятия решения проводить фестиваль; захлестывало обилие фильмов, снятых за два года (гораздо больше трехсот), причем в основном «нескучных», то есть как будто специально для «Дюка». Любой выбор всегда кого-то не устраивает. Этот — кого-то устроил. «Советская культура», например, о нем положительно отозвалась. Другую оценку увиденному дала Дая Смирнова (и просила привести ее), член жюри независимых критиков. «Второсортность». Небезынтересный вопрос был задан из рядов «зависимых»: «Простим все «Дюку», лишь бы был здоров. Так насколько же он здоров?» Полока отвечал почему-то путано: про видеопиратство, про продюсеров, которые перестанут вкладывать деньги…
На продюсеров вся надежда. Поступила информация, что «Золотого Дюка» возьмет в свои руки «Фора» и вернет Говорухина. Может, спасут.